Бавария ждёт. Часть пятая

Терехово. Окончание


Сбербанк ответил сразу. На фразу: «я в роуминге», предложил немедленно перезвонить, как только уточнит информацию. Перезвонил – деньги со счёта иностранного банка на мой счёт будут идти три дня. Ускорить нельзя. Это меня, в силу описанных выше событий, категорически не устраивало...

- А как ещё быстро пополнить счёт на карте?

- Положить в банкомате или через Сбербанк-Онлайн.

Эта идея мне уже приходила в голову… Только ведь чтобы положить деньги через банкомат, нужен этот самый банкомат… Ближайший там, за пунктом Бурачки, в посёлке, в 5 километрах от границы. Есть шанс, конечно, упросить погранцов российских пропустить пешком на Родину, а там поймать попутку до посёлка, но всё равно – ждать до утра. И потом – мудрёно и страшно. Деньги всё ж таки не малые.

Латвийская земля. Никогда не думала, что так буду мечтать оказаться тут...


Сбербанк-Онлайн – тоже тот ещё вариант в моей ситуации. Можно попросить родственников, знакомых и друзей перевести через интернет-банкинг денег на счёт… Можно… Но как ты себе, Люда, это представляешь? Приходит твоей сестре или, скажем, другу СМС в два часа ночи примерно такого содержания: «Привет! Я тут застряла на границе, не могу проехать. Срочно нужны деньги, примерно 2000 евро. Можешь скинуть на мой счёт?» Ничего не напоминает? 

В любом случае ждать до утра. Тогда хоть по скайпу с человеком поговорить можно будет, чтобы он знал, что я – это, правда, я… Как ни крути – нужно ждать до утра…

- Вам надо пройти досмотр автомобиля, – начальница смены выскочила на улицу, отыскала нас за углом здания таможни и теперь совала в руки какие-то очередные бланки…

- Это как?

- Подгоняйте машину к ангару, вставайте в очередь. Там кинолог с собакой проверит ваш автомобиль.

А! Так это было ещё не всё! Ещё один аттракцион!

И вот тут мой муж не выдержал.

Он запрокинул голову и выкрикнул в сеющее моросью чёрное латвийское небо почти на одном дыхании…

Политический манифест гражданина ФРГ в адрес латвийских пограничников, Латвии и Евросоюза в целом:

«Что мы плохого сделали, Люда? Мы просто поженились и хотим жить вместе! Больше ничего! За что они нас наказывают? И почему я, гражданин Германии, гражданин ЕС, должен через все эти унижения проходить? Я, который платит бешеные налоги, чтобы их тратили вот на это вот всё? Я должен мёрзнуть тут, кормить комаров, потому, что они с коррупцией за мой счёт борются? И они со мной даже по-английски поговорить не могут за всё, что я для них лично сделал?! Отныне и навсегда я обещаю и клянусь: никогда, никогда я не проголосую ни за ЕС, ни за Меркель! И если только мне представится такой шанс – я буду голосовать за выход моей страны из Евросоюза! Чёртовы европейские ценности! К чёрту их всех!»

На досмотр с собаками нас без очереди пустил дяденька-дальнобойщик с непроницаемым лицом. Уж не знаю почему… Посочувствовал что ли…

Машина уже нависала над глубоким рвом, прокопанным в полу вдоль всего ангара. На дне рва стоял пограничник и делал снимок: «колёса – вид снизу», когда в ангар зашло четвероногое существо без явных признаков породы. На другом конце поводка – пограничный кинолог с лицом, похожим на морду гончей. Кинолог попросил вынуть все сигареты из машины, чтобы собака могла спокойно работать. Однако не в той кондиции мы были, чтобы вспомнить про початую пачку с тремя сигаретинами, забытую на полке. Две секунды - и отлично обученный двортерьер эту пачку нашёл и тут же потерял нюх. 

Пятнадцать минут ушло на попытки восстановить обонятельные способности собаки. Ей даже дали поиграть резиновым мячиком. Но нюх так и не вернулся. То ли сигареты оказались ядрёными, то ли устал пёс к тому моменту. Однако кинолог развёл руками – дескать, всё, работать животное больше не может. На том и отпустили нас досмотрщики. Ну, не заставлять же этих двух несчастных доставать с заднего сиденья и из багажника все эти сумочки, пакетики, кулёчки… Хотя могли бы. Но не стали… Сжалились. А может они услышали манифест? Хотя вряд ли поняли. В ночной смене на латышской таможне по-английски то никто не говорит, а уж тем более по-немецки.

Окончательно необходимость ждать утра подтвердили нам в таможенном зале, когда мокрые, с воспалёнными глазами, мы в последний раз вернулись туда с результатами досмотра.

- И что нам делать теперь?

- Ждать утра.

- А утром как вы нам поможете?

- Утром придёт другая смена, будет на месте начальник таможни, есть небольшой шанс, что, в виде исключения, он примет наличные. Но вряд ли.

- …

- Могу сказать одно. В моей практике такие случаи уже были и все уезжали с таможни.

Ну, слава Богу. А то мне уже начал мерещиться тихий погост за полоской леса недалеко от Терехова в нейтральной полосе. Тихие могилы и надписи: "Имярек. Пытался пройти таможенный контроль с 02.03.1997 по 03.04.2007. Умер от отчаяния".

Но нет, они все уезжали… Они как-то уезжали. Может это не ад вовсе, а чистилище. Просидел определённое количество месяцев, прошёл заданное число испытаний, выдержал, очистился — и в рай. В смысле — за полосу границы... 

Даугавпилс, четырехзвёздочный отель, душ, кровать с подушками и одеялом… Всё разбилось о чугунную жопу реальности. Шли вторые сутки моего недосыпа… Спать мы устроились в промёрзшей машине на передних сидениях. Сидя, потому, что откинуть спинки мешали вещи. Стекла изнутри тут же запотели, по крыше барабанил дождь. Но хоть без комаров… 

И тут, когда тело моё уже готово было вырубить перегоревший предохранитель, в мозг молнией ударила последняя на сегодня мысль. 

- Эди. А что ты сделаешь, если у тебя карту украдут?

- Позвоню на специальный номер блокировки карт.

- И там у тебя тоже спросят цифровой код? 

Всё-таки немцы – удивительно чистые и непуганые люди. Светлые, непорочные, практически невинные.

Мой муж не знал, что будет в этом случае. Ему никогда не приходилось звонить на горячую линию банка, у него никогда не было проблем с банком, никогда не было вопросов, чтобы задать их сотруднику телефонного сервиса… 

И он позвонил. И выяснилось, что необходимость голосового введения цифрового кода обходится игнорированием, и через минуту его переключают на живого человека. Сотрудник банка удивлённо выслушал трогательную историю, подтвердил, что карта рабочая, что запросы на карту были и что ограничение по сумме операции, о котором знал мой муж, действительно больше, чем нужная нам сумма. Но действует оно только по Германии. А за границей, даже в пределах ЕС, ограничение – 2000 евро.

А это значит, что мы можем заплатить с трёх карт! Мы можем! Мы – можем! И мы заплатили. Но это было уже утром, потому, что сначала решили все-таки позвонить на немецкую таможню, подтвердить, что мы всё делаем правильно, что деньги вернут и тогда… О Боже, тогда...

В 9 утра таможенный терминал уже не казался таким пугающим. Когда мы вошли к начальнице утренней смены, она обратилась к нам по именам. Да, про нашу историю уже знали все в этой глуши. Оказывается, пока мы спали, они тоже тут пытались придумать выход. Он был такой – пропустить нас в Латвию, в ближайший посёлок, где мы могли бы заплатить в ближайшем банковском отделении и принести им квитанцию. 

Мы гордо отказались и выложили на стойку колоду наших банковских карт. Платёж прошёл. Через 5 минут шлагбаум латвийской границы медленно поднялся, как флаг, над нашей машиной.

Мы были свободны… 

На этом этапе… 

P.S.

Нам ещё предстояло доехать до Германии, до Ульма, и узнать много нового о моей машине… До сих пор деньги ещё не вернулись, да и машину я зарегистрировать в Германии пока не могу, как и не могу её водить. Оказывается, новенький Фольксваген, ещё пахнущий конвейерами калужского завода - это вовсе не Фольксваген, а груда металла… Но это уже другая история.

Рассказать?

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic